Кереки

Ко времени выхода русских к побережью Берингова моря в XVII веке территория расселения кереков простиралась от устья реки Опуки до Анадырского лимана (по данным археологии, следы древнейших керекских поселений прослеживаются до мыса Олюторский).

Кереки занимались охотой на морских млекопитающих и рыболовством. В XVIII веке, в период конфликтов между коряками и чукчами, кереки оказались между двумя сторонами. Их численность сокращалась также из-за смертоносных эпидемий конца XVIII века и резкого уменьшения морской фауны в XIX столетии вследствие активной деятельности американских и японских китобоев. 

Источник фото : www.culture.ru

С приходом советской власти традиционный уклад жизни, включая проживание соседско-родовыми малыми общинами, был утрачен. Оставшихся кереков расселяли в более крупные сёла, где стали распространяться межнациональные браки, преимущественно с чукчами. Это привело к утрате национальной самоидентификации и ускоренной ассимиляции.

В течение XX века кереки были почти полностью ассимилированы чукотскими соседями.

В 2000 году керекский народ был включён в список коренных малочисленных народов Российской Федерации.

К XVII столетию кереки занимали обширные территории от устья реки Опуки в северо-восточной части современного Камчатского края до чукотского залива Анадырский лиман. Археологические исследования показывают, что в древности зона расселения была ещё больше — она простиралась до мыса Олюторский на одноимённом полуострове, служащем границей между Беринговым морем и Олюторским заливом.

В связи с удалённостью и малой изученностью региона точных данных о численности кереков не было до конца XIX века. Долгое время представителей этой народности записывали как коряков, считая их единым народом. Сохранившиеся сведения свидетельствуют о неуклонном сокращении их численности.

В середине прошлого столетия большая часть кереков проживала в сёлах Хатырка, Беринговский и Мейныпильгыно, относящихся к Беринговскому району Чукотского автономного округа. В национальном чукотском селе Мейныпильгыно, входящем в Анадырский район Чукотского АО, проживают последние представители керекского народа.

По данным переписи 2020 года, численность кереков в России составляет 23 человека. Большая часть из них — 6 человек — проживает на территории Чукотского АО. Численность кереков в других регионах России:

— в Самарской области — 4;
— в городе Москве — 3;
— в Московской области — 3.

Религию кереков относят к анимистическому пантеизму; широко было распространено шаманство. Верования включали представления о духах-хозяевах окружающего мира, которые могли как помогать, так и вредить людям. Считалось, что у каждого животного есть душа. Кости убитого зверя хоронили, а позвонки мужчины нанизывали на охотничий пояс. Чтобы задобрить душу убитого животного, на могилу клали юколу, вяленое мясо и шикшу. Возвращавшихся с охоты мужчин встречали хозяйки дома обрядовыми песнями-благодарениями. Чтобы не допустить проникновения злых духов в жилище, в приходящих охотников бросали горящие головешки.

Рядом с каждым поселением существовали молельные места, называемые камак, которые также использовались для жертвоприношений. Они представляли собой врытый в землю деревянный высокий столб, вокруг которого размещали кучи черепов моржей, китовые челюсти и антропоморфные фигурки. В жертвоприношениях чаще других использовали собак. Шаманы участвовали в промысловых обрядах, предсказывали погоду и занимались врачеванием. В их роли чаще выступали мужчины, а женщины знали заговоры и занимались магией.

Особый интерес представляет традиционный обряд погребения. Кереки — единственные среди соседних народов — тела погибших зимой выбрасывали в море. Умерших летом хоронили в земле, облачая в специально сшитый без образования узлов костюм. Отороченный белым собачьим мехом капор плотно затягивали на голове, оставляя открытым лишь нос. Важно было, чтобы в одежде не было дыр или прорех — иначе, по поверьям, раны могли появиться у родственников покойного.

Чтобы отогнать беды и злых духов от потомков умершего, детей до похорон связывали и сажали на цепь, подобно собаке. После завершения погребальной церемонии их развязывали и просили лаять, стоя на четвереньках. Погибших детей хоронили у стен дома; это считалось дурным знаком, поскольку, по поверьям, кто-то из предков не пожелал вернуться в земной мир.

Источник фото : www.culture.ru

Сегодня кереки в основном используют русский и чукотский языки. Национальный керекский язык, относящийся к чукотско-камчатской языковой семье, сохранился лишь пассивно: в трудах исследователей и в памяти оставшихся его носителей.

Некоторые учёные рассматривают его как диалект корякского языка. В лексике зафиксированы также элементы эскимосского.

Впервые научное описание керекского языка выполнил советский учёный Пётр Яковлевич Скорик. Значительный вклад в изучение традиций, культуры, верований, фольклора и языка внёс историк-этнограф Владилен Леонтьев в ходе исследовательских экспедиций 1970-х годов. Известно около 4 000–5 000 керекских слов и несколько десятков фольклорных текстов.

По данным переписи 2020 года, керекским языком владеют 4 человека.

Национальный костюм

Мужская верхняя одежда — кухлянка, расширяющаяся книзу; внутри — мех из двух оленьих шкур, положенных хвостовой частью вниз. На подоле, на месте хвоста, вшивались полукруглые клинья. Ворот на груди вырезали низко и закрывали меховым воротником-шарфом. Обшивка на рукавах и вороте выполнялась из собачьего меха. Рукава были широкими в проймах и сужались к кисти. Зимой поверх одной кухлянки надевали вторую, верхнюю — того же покроя, но с мехом наружу.

Женская одежда состояла из двойного комбинезона — керкера. Глубокий, до груди, вырез ворота завязывали двумя ремешками. Рукава обшивали собачьим мехом. Штаны комбинезона собирались на вздержку ниже колен и застёгивались ремешками поверх обуви. Летом носили только нижний керкер.

Обувь кереков — поршневидная: к подошве из толстой моржовой кожи пришивали головку и голенище со швом спереди. По бокам — широкие завязки и петли из шкуры нерпы. Известна также обувь типа башмаков: союзки огибали пятку и сходили на нет к носку; голенища составлены из 5–6 полос камуса и срезаны вверху прямо. У женщин встречается вариант с голенищем из 4 полос и узкой союзкой, окаймляющей подошву.

Головным убором у мужчин был двойной капор, сшитый из шкурок лап собаки, росомахи или выдры. Он состоял из трёх частей: продольной (ромбовидной формы), покрывающей темя и затылок, и боковых, закрывавших уши и щёки. Капор имел спереди и сзади опушку из собачьего меха и завязывался над подбородком петлёй. Летом надевали капор без подкладки. Женщины чаще покрывали голову капюшоном от керкера.

Источник фото : cyrillitsa.ru

Традиции и обряды

Астрономический год кереков делился на два периода — зиму и лето. Названия месяцев были связаны с промысловой деятельностью. Были распространены анимистические представления: мир населяли добрые и злые духи, а также духи-хозяева природы и зверей. При возвращении с охоты исполняли обряд благодарения (кликыпыттувак); хозяйка землянки встречала охотника хвалебной песней.

Существовали специальные места для жертвоприношений «хранителям деревни» — камак.

Фольклор

Наиболее заметным исследователем керекского фольклора стал магаданский писатель В. В. Леонов, выросший среди чукчей. Он зафиксировал сохранившиеся фрагменты фольклора исчезающего народа.

Сегодня, когда керекский язык практически исчез, а ассимиляция стала почти полной, а большинство памятников древнекерекской (лахтинской) культуры, существовавшей с I тысячелетия до нашей эры, утрачено из-за эрозии почв, эти остатки весьма своеобразного фольклора остаются единственным сохранившимся фрагментом культуры исчезнувшего народа. Керекский фольклор достаточно оригинален даже для Северо-Восточной Азии: в керекских сказках практически отсутствуют описания — они состоят в основном из диалогов, напоминающих своей причудливостью, множественностью героев и быстротой развития действия современные абсурдистские тексты. Несмотря на эти особенности, керекские тексты сохраняют общность с традициями других народов Северо-Восточной Азии. Так, главным героем керекского эпоса является ворон Кутти (корякский Куйкынняку, ительменский Кутх, чукотский Куркыль, эскимосский Кошкли).

Источник фото : www.culture.ru

Музыка кереков изучена мало. Она близка акустической культуре коряков и чукчей. Основные музыкальные инструменты — пластинчатый варган и круглый бубен с крестовидной держалкой, узкой обечайкой и тонкой мембраной из желудка нерпы. Шаманский бубен имеет также подвески-погремушки на обечайке. Пищалки и свистки служили в первую очередь охотничьими манками, но могли использоваться и как музыкальные инструменты.

Женские танцы сопровождались «горловыми играми»: горлохрипение на вдохе и выдохе имитировало «голоса» прибрежных птиц и морских животных.

Жилище

С первых заморозков кереки жили в зимних поселениях на галечнике, на небольших сопках или косах. Поселения чаще состояли из одной землянки (куймайаана — «жильё с ответвлениями»). Яма имела глубину от 0,5 м. По углам вкапывали четыре столба, отстоящих друг от друга на 2–4 м и соединённых перекладинами. На перекладины укладывали толстые жерди, под наклоном закрепляя их в земле.

Сооружение утепляли дерном и песком, зимой покрывали ещё и слоем льда. Вверху оставляли светодымовое отверстие, закрытое кусочком льда. Во время сильных морозов перед входом устраивали длинный снежный коридор (хуттуйун). Пол землянки засыпали галькой. Земляной выступ вдоль стен использовали в качестве хозяйственного стола. Покидали жилище через боковые ходы. В одной землянке располагалось несколько родственных семей, пользовавшихся одним очагом, но имевших собственные спальные зоны. Спальные места располагали головой к восходу солнца.

Кладовые были двух типов: ачаан (для хранения небольших запасов вне землянки) и илгпахйакку (соединявшиеся ходом с землянкой).

Существовал обряд, связанный с постройкой нового дома: четыре основные стойки землянки обмазывали смесью толчёных ягод шикши, корешков клайтонии и жира. Затем эту смесь выносили из землянки на подносиках-тарелках и разбрасывали в разные стороны, чтобы ублаготворить духов. Кроме того, изготавливали пять–шесть стрелок и расставляли их вокруг жилища, настораживая против злых духов.

Летом, в местах рыбного промысла и рядом с нерпичьими и моржовыми лежбищами, люди жили во временных постройках из жердей. В случае опасности укрывались на скалах и мысах, сооружая укрепления.

В XX веке основным жилищем кереков стали рубленые избы. С середины века началось переселение кереков в укрупнённые посёлки Мейныпильгыно и Хатырка. Люди старшего поколения предпочитали жить на местах промысла. Новые селения улучшили бытовые условия, но способствовали утрате традиционной культуры.

Источник фото : gorelka-optimus.ru

Семейный уклад

Традиционным семейным укладом кереков был матриархат. Главой семьи выступала женщина, принимавшая важные хозяйственные и общественные решения и занимавшаяся торговлей. Старшая женщина или жена предваряла любое действие мужчины советом и могла запретить совершение того или иного поступка.

Источник фото : habinfo.ru

Главенствующая роль женщины отразилась в народном фольклоре. Перед началом любого дела герои обязательно спрашивали совета у бабушки или другой женщины. Такой сюжет встречается, например, в сказке про мужчину-зайца по имени Милуткалик. Род вёлся по материнской линии; большими семьями управляла старшая женщина. Летом род разбивался на малые семьи, отправляясь на промыслы. Орудия труда, добыча, запасы и имущество оставались в общем пользовании. Детей с ранних лет приучали к труду в игровой форме: мальчиков учили охотничьим приёмам и обращению с собаками, девочек — хозяйственным делам, сбору съедобных растений, трав и ягод.

Детей любили и баловали. Считалось, что в телах младенцев в мир живых возвращаются души предков. Рождение сына воспринималось как возвращение умершего отца матери ребёнка, а рождение дочери — как реинкарнация матери отца ребёнка. Верование в возвращение душ предков нашло отражение в эпосе: в сказках дети часто оказываются умнее взрослых.

Источник фото : dzen.ru

Жизнь

Традиционное хозяйство, основанное на ловле птиц, рыболовстве, собирательстве, охоте и морском промысле, отличалось архаичностью.

На первом месте у кереков была охота на птиц и мелких зверьков. Пернатых добывали на морских скалах и во время перелётов. Весной на птичьих базарах спускали со скалы сеть из жил кита (пайнинтын); кайры пугались, слетали с гнёзд и запутывались в снасти. Бакланов ловили, распуская сеть на поверхности моря или с помощью шестов с петлями, которые надевали на шеи сидящих птиц. Птицу также стреляли из лука (томары).

Рыболовством занимались в летний период. Рыбу добывали с помощью остроги (атчина) и специальных тупых стрел, сооружали запоры и плотины с узким проходом и глушили специальными дубинками (куплунан). Сети изготавливали из жил кита; к концу XIX века стали приобретать у коряков и чукчей снасти из крапивы. В XX веке распространились фабричные ставные сети. Во время хода на нерест нерки, горбуши, чавычи, кеты и гольца рыбу заготавливали впрок — вялили на вешалах и квасили в ямах. Для повседневного питания ловили навагу, корюшку и сига в реках, палтуса и камбалу — в море.

Из крупных мясных зверей промышляли дикого оленя, горного барана и медведя. В охоте на волков использовали вмороженные в жир пластинки китового уса. В трудные годы ловили мелких грызунов (мышей, сусликов, тарбаганов), добывали песцов и лисиц, раскапывая их норы. В пищу употребляли также домашних собак. Пушной промысел не играл существенной роли; промышляли росомаху и речную выдру.

Большое значение имело собирательство: на берегу моря собирали морскую капусту, водоросли и моллюсков; в тундре — шикшу, голубику, бруснику и морошку. Разводили и специально выращивали собак для жертвоприношений.

Летом средством передвижения служили байдары корякского типа, которые были значительно короче и шире эскимосско-чукотских. Зимой использовали собачьи упряжки с приземистой многокопыльной нартой, напоминавшей грузовую нарту чукчей и коряков. Собак запрягали попарно цепочкой. Непременным атрибутом были ступательные лыжи чукотско-камчатского типа; в конце XIX века их заменили скользящими лыжами восточносибирского типа. Грузы перевозили волоком или несли на спине, обмотав специальным ремнём.

Питались рыбой и мясом, которые вялили, варили, морозили, а с конца XIX века — также солили и коптили. Употребляли рыбий жир и сало морских и таёжных зверей; из птиц в пищу шла главным образом кайра. Птицу заготавливали впрок вялением над костром. Лакомством была колбаса из птичьих яиц (павалйаан): пищевод птицы (предпочтительно чайки) или кишки оленя или медведя надували и высушивали, затем наполняли желтками яиц кайры, чаек, гаги и варили. Сырыми или варёными употребляли морскую капусту, водоросли, моллюсков и ягоды. Пищу готовили в земляной печи (пуйалкык) — в яме, обложенной плоскими камнями. Разводили огонь; когда камни нагревались, угли вытаскивали, а в яму закладывали дичь, рыбу или мясо, сверху накрывали плоским камнем и засыпали песком или землёй (способ, аналогичный ительменскому). Для хранения провизии использовали плетёные корзины и тарелки.